На протяжении последних нескольких лет IT-сектор Центральной Азии демонстрирует один из самых высоких темпов роста в регионе. Узбекистан признан самой быстрорастущей стартап-экосистемой в мире по версии StartupBlink. Казахстан последовательно развивает финансовую инфраструктуру. Кыргызстан и Таджикистан наращивают присутствие в сфере цифровых услуг. О том, как развивается эта индустрия, ресурсу FinTech & Retail EURASIA рассказывает директор IT Park Capital Рустам Тургунов.
Рост IT-сектора в Центральной Азии очевиден, однако за эффектными цифрами скрывается системная проблема, о которой говорят редко: IT-компании региона по-прежнему испытывают острый дефицит доступа к капиталу.
Почему традиционные финансовые инструменты не работают для IT?
Классический банковский кредит создавался для другой модели бизнеса. Производство, торговля, недвижимость — там есть материальные активы, понятный залог и предсказуемый денежный поток. IT-компания устроена иначе. Ее главные активы — команда, интеллектуальная собственность и контракты. Ни один из них традиционный финансовый институт не принимает в качестве обеспечения.
В частности, IT-компания, имеющая подписанный контракт с зарубежным клиентом, не может получить финансирование на наем команды для его выполнения. Не потому, что она ненадежна, а потому что стандартные критерии оценки к ней неприменимы.
И это не локальная проблема Центральной Азии. Это глобальный разрыв между тем, как устроен финансовый рынок, и тем, как работает технологический бизнес. Но в нашем регионе он ощущается острее, так как финансовая инфраструктура Узбекистана моложе, а IT сектор растет быстрее, чем успевают адаптироваться традиционные институты.
Cash flow gap — главный барьер для IT экспорта
Одним из ключевых барьеров для IT-экспорта в Центральной Азии остается — cash flow gap, разрыв между моментом старта проекта и первым входящим платежом от клиента. На практике это выглядит следующим образом: компания подписывает контракт с зарубежным заказчиком, однако оплата по нему поступает через 60–90 дней после выполнения работ. При этом операционные расходы — наем специалистов, аренда, инфраструктура — возникают немедленно.
В условиях, когда доступ к краткосрочному финансированию ограничен, этот разрыв становится критическим. Компании вынуждены либо отказываться от контрактов, либо выполнять их в условиях жесткого дефицита оборотного капитала, что существенно повышает операционные риски. По оценкам участников рынка, именно нехватка ликвидности на старте проекта, а не качество продукта или отсутствие спроса, является одной из наиболее распространенных причин срыва первых международных контрактов IT-компаний региона.
Как меняется подход к финансированию технологического бизнеса
В последние годы в регионе формируется заметный тренд — появление финансовых институтов, созданных не для рынка в целом, а для конкретных отраслей. Принципиальное отличие такого подхода в методологии оценки. Вместо залога и баланса — анализ контрактной базы, экспортной выручки, динамики роста команды. Вместо стандартного срока рассмотрения — быстрое решение. Вместо универсального кредитного продукта — целевые инструменты под конкретную задачу.
Финансовый институт, находящийся внутри отраслевой среды, понимает ее участников принципиально иначе, чем внешний кредитор. Это меняет качество диалога, скорость оценки и точность финансового решения.
Что определит следующий этап?
Центральная Азия обладает редким сочетанием факторов, которое в мире встречается нечасто. На данный момент, это одна из самых молодых демографических структур в мире, ускоряющаяся цифровизация государственных и частных сервисов, растущий интерес крупных международных технологических игроков к региону как к новой точке присутствия.
Все это создает окно возможностей, которое не будет открытым бесконечно. В частности, возможности сами по себе не конвертируются в результат. Для того чтобы IT-сектор региона перешел от быстрого роста к устойчивой конкурентоспособности на глобальном уровне, финансовая система должна эволюционировать вместе с ним — а не догонять его постфактум.
Это предполагает несколько принципиальных изменений:
Во-первых, появление финансовых инструментов, разработанных именно для IT, а не адаптированных из логики промышленного или торгового кредитования.
Во-вторых, принципиально иную скорость принятия решений. IT-компания, получившая контракт сегодня, не может ждать ответа три месяца, когда рынок живет в другом темпе.
В-третьих, самое важное — глубокое отраслевое понимание со стороны финансовых организаций. Точная оценка рисков в IT возможна только тогда, когда финансист понимает, как устроен бизнес изнутри: его цикл, его контрактную модель, его точки уязвимости и роста.
Центральная Азия уже вошла на глобальную технологическую карту — и это не точка прибытия, а точка отсчета. Дальнейшее зависит от того, насколько быстро финансовая инфраструктура региона сможет соответствовать масштабу и темпу IT-сектора, который она призвана поддерживать.